Художники / Почтенный Олег Алексеевич

Родился 01.07.1927 в Ленинграде в семье художников.
Окончил Среднюю художественную школу при Всероссийской академии художеств
Член Союза художников СССР.
Музейные коллекции: Чувашский государственный художественный музей, Удмуртский Республиканский Музей Изобразительных Искусств.

Более двадцати лет я регулярно получал в праздники (Новый Год, Первое мая, 7 ноября, день рождения) разнообразные по сюжетам и технике, но всегда оригинальные поздравления от своего давнего товарища и коллеги, моего сверстника Олега Алексеевича Почтенного. Они были так нестандартны по мотивам и композиции, (хотя изображен на них Ленинград или его пригороды - а и иногда просто весенние или зимние пейзажи), что я их до сих пор храню как образец авторской открытки художника. А уж художником он был отменным - в первую очередь, графиком. И не просто художником, но и мастером своего ремесла, которым как гравер на дереве и линолеуме владел в совершенстве. В альбоме "Современная ленинградская ксилография" (1980г.) он представлен гравюрами "Стога и заходящее солнце" (1976) и "Натюрморт с цветами и фруктами" (1977). Даже по этим камерным листам можно судить о его мастерстве - Художника и гравёра. Но это - лишь часть его прекрасных работ в ксилографии и гравюре на дереве. Большая часть -листы крупного формата - посвящена Ленинграду, который он знал, бесконечно любил и несчетное число раз рисовал, писал и изображал в гравюре. Как правило, эти пейзажи Ленинграда - черно-белые. Но в ряде случаев, когда художник хотел особо подчеркнуть праздничный характер изображаемого, он вводил туда цвет - подкрашивал их акварелью.

Ленинград в восприятии Почтенного разный - и торжественный, и будничный. Ленинград великолепных ансамблей (классика!) и современных новых окраин. Но всегда он строг, гармоничен, прекрасен. Так же мастер видит и пригороды Ленинграда, которые для художника - словно продолжение и завершение его прекрасных памятников, (зданий, площадей, набережных, монументов). Конечно, Почтенный не забывает, кто, что и когда построил в Северной столице, - его уважение к его создателям и памятникам неколебимо. Он всегда помнил великие достижения А.П.Остроумовой-Лебедевой, А.Н.Бенуа, М.В.Добужинского, Е.Е.Лансере и их более молодых коллег - В.М.Конашевича, Г.С.Верейского, Д.И.Митрохина, П.А.Шиллинговского. Но, глубоко уважая их творчество, никогда не повторял их стилистику и манеру, ибо постепенно, но, несомненно, обрел в гравюре свой почерк. В этой связи интересны мысли художника, изложенные им в письме к автору этого краткого вступления 25 мая 1970 г. (публикуется впервые), посвященные его творчеству мастера гравюры.

Вот они, так и названные самим художником: "О.А.Почтенный - "Я о гравюре" (ответы на вопросы И.Г.Мямлина)".

"Созданное в гравюре почти за 500 лет разнообразно, восхищает и неотделимо от развития всей художественной культуры. И, работая в живописи, рисунке, акварели, я обратился и к гравюрным техникам, а также и к гравюре на дереве. Это было в 1946 году. Доски самшитового дерева, штихели, процесс печатания - все это увлекало. Учителей в смысле техники у меня не было. До всего доходил сам. Музеи, выставки и начало собирания произведений граверного искусства открыли для меня многообразие технических и творческих приемов. Книжечки сборников "Гравюра на дереве" и "Гравюра и книга" дали представление о ленинградской и московской школах гравюры. В самом начале приобщения моего к гравюре были устроены выставки А.П. Остроумовой-Лебедевой, И.Н. Павлова, польской гравюры, блокадного цикла гравюр С.Б.Юдовина, цветных гравюр Й.А.Соколова. П.Е.Корнилов в Союзе художников знакомил на вечерах-докладах с отдельными этапами развития русской и советской гравюры. Всё это давало знание, воспитывало вкус к гравюрному творчеству, хотя в это время не было у нас в Ленинграде ни издания эстампов, ни заказов на гравюру, и на выставках в Союзе художников гравюра была представлена единичными произведениями.

Начиная с 1950 года, пробовал работать над гравюрами, ставя определённые задачи. Натурные впечатления, почерпнутые при работе на природе, хотелось воплотить в гравюре на дереве. Вырезал несколько досок-кругов самшита - по мотивам архитектуры и природы Старой Ладоги. Но многое не удовлетворяло, так как штихеля были случайные, а доски-круги имели трещины и изъяны. Клеить доски не было возможности. Да и гравюра на дереве не была для меня единственным желаемым средством воплощения замыслов, продолжал работать с натуры рисунком, цветом и офортной иглой.

Линогравюра также занимала большое место в моей практике. Но всё же до сих пор не проходит ни одного года, чтобы не наступил у меня "ксилографический" период. И опять берешь доску самшита, штихеля и с увлечение осуществляешь задуманное.

Граверную технику никогда не считал обособленной от других видов изобразительного искусства. Специфика материала никогда не ставилась мною в основу того или иного решения. Многообразие окружающей действительности, к отражению которой стремился, убедило меня в том, что подход к гравюре на дереве должен быть живым. Работа над гравюрной доской - продолжение работы над рисунком, сделанным с натуры. А штихель, вынимающий белое из толщи доски, продолжает и должен улучшить этот рисунок. Законы работы по дереву и линолеуму, на мой взгляд, едины, разница только в размере. Работая над доской, необходимо помнить, что окончательный результат - оттиск. Увлечение при резьбе красотой дерева приводит к тому, что получается барельеф, а оттиск и делать не с чего, да и не хочется.

Гравюру всегда представлял себе в плане моих творческих устремлений - не книжной, а эстампной. Хотя, если бы издательские работники, считая меня станковистом, поверили бы в мои возможности, смог бы сделать гравюры к поэтическим сборникам о природе и Ленинграде. С поэтом В.А.Рождественским говорил об этом оформлении. Но, очевидно, против его желания, стихи В.А. оформляются при издании модернистскими фотоувеличениями. Применение гравюры к альбомной форме также хочется осуществить.

Наиболее полно как гравёр по дереву был представлен в 1966 году на групповой выставке семи авторов. Показал на этой выставке гравированные на самшитовых кругах 14 пейзажей - природа и архитектуры Русского Севера. Лестные отзывы о показанном мной побуждают продолжать работать дальше.

"История гравюры с её достижениями - как западной старой и современной, - русская и советская ксилография, постоянно изучаемая мной, в сочетании с работой над рисунком и живописью, увлекает и вдохновляет. Процесс творчества всегда радует, а ведь мы, гравёры, его переживаем трижды, как говорил И.А.Соколов, - когда рисуем, когда гравирует, когда печатаем. 25 мая 1970 г. О.Почтенный"

(Письмо хранится в Отделе рукописей, СПб, Публичная Национальная библиотека).