Дейнека Александр Александрович (1899-1969)

Александр Александрович Дейнека родился 8 (20) мая 1899 года в Курске, в семье железнодорожного рабочего. Предки его, по всей вероятности, происходили из среды малороссийских крестьян. Уже в детстве у мальчика появляется два непохожих интереса, живопись и техника. Он учится в Курском железнодорожном училище и одновременно ходит в небольшую студию. По рекомендации своих тамошних наставников в 1915-1917 гг. он получает художественное образование в Харьковском художественном училище. Октябрьские события определяют судьбу живописца - ему предстоит стать певцом революции и новой жизни. В 1918 году Дейнека работает фотографом в Угрозыске, становится руководителем секции ИЗО Губнадобраза, занимается оформлением агитпоездов, выпускает плакаты, принимает участие в театральных постановках. В 1919-1920 гг. Александр по мобилизации служит в Красной Армии, участвует в обороне родного Курска от белых войск, но не забывает о своём призвании - руководит художественной студией при Курском политуправлении и "Окнами РОСТА" в Курске, выезжает на фронт в качестве художника агитационного театра.

После службы молодого талантливого курянина командируют в Москву, где он получает возможность продолжить художественное образование во ВХУТЕМАСе, на полиграфическом отделении, у самых именитых учителей - известного живописца, графика и театрального декоратора Игнатия Нивинского и другого, ничуть не менее прославленного художника, сценографа, книжного иллюстратора, основателя советской ксилографии и теоретика живописи - Владимира Фаворского. Влияние Владимира Андреевича на будущее творчество Александра очевидно - достаточно взглянуть на ряд полотен Фаворского 20-30-х гг. и сравнить их с картинами Дейнеки того же времени. Множество учебных рисунков Дейнеки посвящено человеческой фигуре, его привлекает телесное и выразительное. Также в этот период он иллюстрирует басни Крылова ("Кот и повар", "Крестьянин и смерть", 1922).

В становлении живописной манеры Дейнеки важную роль играют европейские мастера. Например, в гравюре "Эстрадный танец" (1923) без труда угадывается веяние знаменитой картины Матисса. А композиционное решение будущего первого монументального дейнековского полотна "Оборона Петрограда" (1928) перекликается с решением картины немецкого экспрессиониста Фердинанда Ходлера "Выступление йенских студентов на Освободительную войну 1813 г."

Во время учёбы Дейнека общается с одной из самых масштабных и знаковых личностей в истории советского искусства - поэтом Маяковским. Встречи эти окажут на художника огромное воздействие. Можно даже образно назвать Дейнеку Маяковским в живописи. И поэт, и художник выбирали схожие темы для своих произведений, их вдохновляло одно и то же - искренняя вера в революцию и советскую власть, любовь к пролетариату, восхищение физической силой и физическим здоровьем человека. Оба в своём творчестве уделяли большое место сатире, оба не чурались работы над рекламными и агитационными плакатами, считая это своим долгом перед обществом. Одна из лучших картин Дейнеки получит то же название, что и известное стихотворение Маяковского - "Левый марш" (1941).


Первые шаги. Работа в журнале и общество станковистов.
Окончив ВХУТЕМАС, художник отправляется в командировку, которая послужит ему богатым материалом для творчества в двадцатые годы - в шахтёрский Донбасс. В 1924 году он принимает участие в "Первой дискуссионной выставке объединений активного революционного искусства" в составе "Группы трёх", совместно с двумя другими молодыми, подающими надежды художниками - Андреем Гончаровым и Юрием Пименовым. На следующий год участники этой выставки вместе с другими выпускниками ВХУТЕМАСа основывают "Общество станковистов" (ОСТ), Дейнека - один из членов-учредителей. Живописцы нового общества принимают решение совмещать новейшие европейские течения (в частности, экспрессионизм) с советской тематикой, провозглашают "ориентацию на художественную молодежь". Как и у других членов ОСТ, множество картин раннего периода творчества Дейнеки посвящены изображению "примет XX столетия", воспеванию мирной советской действительности: промышленного производства, индустриализации, жизни современного города и горожан, физической культуры и массового спорта ("В Донбассе", 1925, "Перед спуском в шахту", "На стройке новых цехов", "Лыжники", 1926, "Текстильщицы", 1927).

Тогда же происходят события, которые сам художник считал основополагающими в своей карьере - начинается период его сотрудничества с рядом журналов: "Безбожник у станка", "У станка", "Прожектор", "Красная Нива". Журнал "Безбожник", в 1923-1932 гг. носивший название "Безбожник у станка" (т.к. адресовался в первую очередь пролетарскому читателю), был посвящён атеистическому воспитанию масс и борьбе с религиозными предрассудками. Научные и исторические статьи, атеистическая публицистика сочетались с безжалостной сатирой: памфлетами на библейские темы, антирелигиозными частушками и, конечно, рисунками и карикатурами. Попы и знахари, обличаемые кистью Дейнеки ("Сам батюшка пожаловал", "Святые прозорливцы", "Чудодейница", 1925) пришлись в этом журнале ко двору. Равно как и карикатуры на тех, кто считался классовым врагом победившего пролетариата: на кулаков, интервентов, нэпманов, мещан и манерных дам, сожалеющих о дореволюционных временах ("Тоска по изящной жизни", 1927). Однако работа художника в "Безбожнике" и других журналах отнюдь не ограничивалась сатирой. Изображал он также и положительных героев времени в традициях ОСТ: шахтёров, строителей, женщин-пролетарок, спортсменов ("Постановили единогласно", "На производстве. Женское собрание", "Паровой молот на Коломенском заводе", 1925, "Рабочий и крестьянин", "Футбол", "Спортплощадка. У финиша", 1927).

Иными словами, новый мир, здоровый и светлый, явственно противостоит у Дейнеки старому, больному, грязному миру буржуазных и религиозных пережитков. Сдержанное по колориту, предельно графичное, ритмичное, "снайперское" искусство - вот черты, характеризующие раннего Дейнеку. Художник оправдывал этот повышенный графизм тенденциями самой эпохи, считая, что настало время "более графическое, чем живописное".

В 1928 он пишет одно из главных творений, патетическую историко-революционную картину, которую впоследствии назовёт "своей любимой вещью" - полотно "Оборона Петрограда" с изображением шеренги петроградских рабочих, уходящих на борьбу с Юденичем.


Новые горизонты.
В том же году Дейнека уходит из "Общества станковистов" вследствие несогласия с руководством. Во-первых, возглавлявший ОСТ Штеренберг возражал против того, чтобы члены общества пробовали себя в других видах искусства, помимо живописи - плакат, журнальный рисунок, театральная декорация. А кроме того, ОСТовцы всё больше замыкались на производственной тематике. Сам Александр Александрович комментировал своё решение так: "Я думал, что ОСТ - это случайное название, а для некоторых участников ОСТ оно не было случайным. По сути дела, по моей природе ОСТ мне не был родственным. Я очень мало писал станковых картин - в год две картины. Собственно говоря, я занимался совсем другим, и, естественно, у меня было тяготение превратить ОСТ в другую организацию, и поэтому я оттуда вышел и вошёл в "Октябрь".

Нельзя сказать, что его надежды оправдались - новое общество твёрдо стояло на идеологии пролеткульта и из направлений признавало, в основном, только конструктивизм. За время пребывания в "Октябре" Дейнека пишет всего одну картину, однако создаёт множество рисунков и плакатов.

Положительным следствием этого членства является то, что в 1929 году выходит в печать новый рабочий журнал "Даёшь", в котором Александр Александрович становится одним из основных художников и работает вместе со старыми знакомыми из "Безбожника". У его рисунков и картин появляется новая интересная особенность. В журнале работает ряд блестящих фотографов, и живописец заимствует у них неожиданные угловые ракурсы, оригинальные точки зрения. Это время оказывается для Дейнеки весьма плодотворным на плакатное творчество, в непривычном для себя жанре художник быстро осваивается и создаёт ряд достойных работ ("Ударник, будь физкультурником", "Мы требуем всеобщего обязательного обучения!", "Китай на пути освобождения от империализма", "Механизируем Донбасс!", "Превратим Москву в образцовый социалистический город пролетарского государства", 1930).

Другое новое направление, за которое Дейнека смело берётся в конце двадцатых - рисунки в детских книгах и журналах. К тому времени у него уже имелся опыт иллюстрирования книг, например, романа А.Барбюса "В огне" в 1926 (впрочем, более известно повторное в 1934). Однако проиллюстрировать суровое взрослое повествование о войне для мастера пафосно-героической тематики было делом привычным, в отличие от принципиально новой работы для детей. И художник вновь справляется с вызовом. Одним из первых шагов становится работа над книгой "Про лошадей" для самых маленьких. В 1928-29 гг. Дейнека сотрудничает с детским журналом "Искорка", сопровождает своими иллюстрациями книги Агнии Барто, Николая Асеева.

Когда в 1931 году "Октябрь" принимает его рисунки на выставку с большим количеством оговорок, живописец покидает общество и переходит в РАПХ ("Российская ассоциация пролетарских художников"). Но там Дейнеку подвергают ещё большей критике - за не изжитые недостатки стиля ОСТ, с которым РАПХ враждовала, за обилие "безыдейной" спортивной тематики, за формализм и индивидуализм... (Через год и ОСТ, и РАПХ прекратят своё существование). Тем не менее, мастерство Дейнеки становится всё более плодотворным, разнообразным по тематике и настроению. Одновременно с фотографичными, жизненными и где-то игривыми полотнами ("На балконе", 1931) он пишет идейные и трагические картины ("Наёмник интервентов", 1931) и вместе с тем продолжает рисовать плакаты ("Построим мощный советский дирижабль Клим Ворошилов", "Дадим пролетарские кадры Урало-Кузбассу", 1931).


Плодотворные тридцатые.
1932 год можно считать вехой в творчестве Александра Дейнеки, новым этапом в развитии его искусства. Этим годом датируется "Мать" - одна из самых значительных его картин, которую Сысоев, биограф художника, называл советским вариантом Мадонны. Дейнековскому образу матери с ребёнком на руках предстоит стать классическим. В тридцатые годы колорит в работах художника светлеет, становится мягче, портреты и пейзажи наполняются одновременно реализмом и романтизмом, появляется много женских образов. Произведения Дейнеки становятся лиричнее, человечнее и в то же время смелее, индивидуальнее ("Полдень", 1932, "Ночной пейзаж с лошадьми и сухими травами", "Купающиеся девушки", 1933). Вместе с тем он не прекращает писать в хорошо знакомых стилях на привычные темы, исторические и спортивные ("Коммунисты на допросе (в штабе белых)", "Безработные в Берлине", 1933, "Крестьянское восстание", "Бегуны", "Вратарь", 1934).

Поездка в Севастополь в 1934 году даёт художнику почву для написания ряда новых пейзажей. Важную роль в творчестве Дейнеки играет и другая командировка - заграничная. В 1935 году художник посещает США, Францию и Италию. Итогом этого путешествия становится ряд городских пейзажей и портретов ("Дорога в Маунт-Вернон", "Филадельфия", "Вашингтон. Капитолий", "Танцоры в Гарлеме", "Нью-Йорк", "Париж. Набережная Сены", "Париж. В кафе", "Париж. Площадь согласия", "Парижанка", "Сен-Жермен", "Тюильри", "Стадион в Риме", "Площадь в Риме", "Юноша-негр", "Негритянский концерт", 1935, "Скука", 1936).

В тридцатые Александр Александрович снова сливает воедино две свои давние страсти - живопись и технику, пишет картины на тему авиации. Началом этой многочисленной серии можно считать монументальное панно "Гражданская авиация" (1932). Авиационные картины Дейнеки разнятся по настроению - от изобразительности ("Бомбовоз", 1932, "Гидропланы", 1934) до героической патетики ("Парашютист над морем", 1934, "Краснокрылый гигант", 1938). Настоящим шедевром в этом ряду становятся "Будущие лётчики" (1937), одна из самых романтических картин Дейнеки, на которой изображены трое подростков, они сидят спиной к зрителю и мечтательно смотрят вслед улетающему самолёту. В конце тридцатых Дейнека иллюстрирует книги об авиации, написанные для детского чтения известными лётчиками (Г. Байдуков "Через полюс в Америку", 1938, И. Мазурука "Наша авиация", 1940). Некоторые рисунки были созданы на основе ранее написанных картин (например, "Краснокрылый гигант", 1938). С другой стороны, опыт работы над этими иллюстрациями позволит позднее создать такое монументальное произведение как "Никитка - первый русский летун" (1940), где Дейнека неожиданно решит вернуться к истокам и запечатлеть образ первого русского "авиатора".

Ещё один принципиально новый вид работы для Дейнеки - настенная роспись. Осенью 1937 года в строящемся Театре Красной Армии он начинает создавать декоративное панно - это займёт два года. А зимой 1938 года в стремительном темпе начинается работа над мозаичным циклом "Сутки советского неба" (на котором, по замыслу, должна быть запечатлена жизнь советского народа в течение одних суток) будущей станции московского метрополитена "Маяковская", всего за шесть месяцев до её открытия. Новое испытание Александр Александрович, как обычно, с честью проходит, и мозаичные панно по сей день украшают станцию. Впоследствии ему ещё раз предложат поработать в оформлении метро, но планы будут прерваны войной, и лишь в 1943 году откроется станция "Новокузнецкая" с расписанными Дейнекой плафонами наружного и подземного вестибюлей.

В конце тридцатых творчество живописца пользуется популярностью и признанием не только на родине, но и за границей. В 1937 году панно "Знатные люди Страны Советов" приносит ему золотую медаль Парижской всемирной выставки. А в 1939 архитектурный проект станции "Маяковская" (мозаики были воспроизведены в натуральном размере в мультимедийной инсталляции "Метрокомната") берёт Гран-при на Нью-Йоркской Международной выставке.

В 1941 году Дейнека создаёт картину "Левый марш", мотивы которой очевидно навеяны стихотворением Маяковского, тогда же решается запечатлеть и образ любимого поэта ("Владимир Маяковский в РОСТА", 1941).


Военный период.
Наступает Великая Отечественная, и в живописи, как и в жизни, мирные темы отходят на задний план. В первый год войны в центре внимания Дейнеки находится прифронтовая жизнь Москвы. Первой значительной работой становится "Окраина Москвы. Ноябрь 1941 года" (1941). За ней следует ряд других городских пейзажей военного времени ("Площадь Свердлова в декабре 1941 года", "Манеж", 1941). Теперь старые места предстают в новом, драматичном и зловещем антураже. От города живописец переходит к сельской местности, с глубоким страданием запечатлевает изуродованную землю родной страны ("Сгоревшая деревня", 1942). Не забыта тема авиации, но теперь картины несут совсем другие настроения, чем в тридцатые ("Сбитый ас", 1943, "Парашютный десант на Днепре", 1944).

Побывав в разрушенном Севастополе, Дейнека, очень любивший этот город, потрясён произошедшими разительными и трагическими переменами. У него возникает идея написать батальное полотно, которое станет гимном мужеству защитников города. Чтобы собрать материал, он даже едет на передовую линию фронта в действующую армию под Юхнов и своими глазами наблюдает наступательные бои. Дейнека вспоминает: "Сквозь вьюгу, снег, который сечёт лицо и рвёт с плеч плащ-палатки, мчался танк с людьми на нём, в масле, копоти, обледенелыми, с обожженными морозом лицами и заснеженными бровями и ресницами. Это был Микеланджело, барочное буйство человека и природы…" Вернувшись, художник соединяет свои впечатления с воспоминаниями о прежнем довоенном городе и создаёт знаменитое героическое полотно "Оборона Севастополя" (1942), страшное и величественное.

Даже в тяжёлое военное время Дейнеке удаётся написать несколько картин (часть из которых была начата ещё до июня 1941) на мирные темы ("Раздолье", "Портрет Мирель Шагинян", 1944). Победа вдохновляет его на серию акварелей с видами на взятый Берлин (под общим названием "Берлин. 1945"), на изображение освобождённых просторов родной земли ("Под Курском. Река Тускорь", 1945).


После войны.
В послевоенный период Дейнека сохраняет прежний уровень работоспособности и мастерства, однако возвращается к старым, проверенным жанрам (мирные трудовые будни, спорт, духовно и физически здоровая натура), практически перестаёт расширять границы своего творчества. Тем не менее, за последующие два десятка лет он создаёт ещё множество шедевров ("У моря. Рыбачки", 1956, "Москва военная", "В Севастополе", 1959), продолжает заниматься украшением залов. В 1954 году он расписывает зрительный зал Челябинского театра оперы и балета, в 1956 создаёт мозаику для фойе актового зала МГУ, в 1961 - для фойе Дворец Съездов в Московском Кремле.

За мозаичные работы "Хорошее утро" (1959-1960) и "Хоккеисты" (1959-1960) Александр Александрович в 1964 году получает Ленинскую премию. В 1969 году его награждают орденом Ленина, орденом Трудового Красного Знамени и медалями, дают звание героя Социалистического Труда.

Помимо собственно живописи, Дейнека занимался и преподаванием: в Москве во Вхутеине (1928-1930), в Московском полиграфическом институте (1928-1934), в Московском художественном институте имени В. И. Сурикова (1934-1946, 1957-1963), в Московском институте прикладного и декоративного искусства (1945-1953, до 1948 директор), в Московском архитектурном институте (1953-1957). Он состоял в отделении декоративных искусств Академии художеств СССР, являясь членом президиума (с 1958), вице-президентом (1962-1966), академиком-секретарем (1966-1968).

12 июня 1969 года Александр Александрович Дейнека умер в Москве и был похоронен на московском Новодевичьем кладбище.

© Материал подготовлен администрацией сайта Арт Каталог.
При полном или частичном копировании ссылка на сайт www.art-katalog.com обязательна!