Клевер Юлий Юльевич (1850-1924)

Несколько советских десятилетий имя художника Юлия Юльевича Клевера старались в России не вспоминать. Будто и не жил этот человек в нашей стране. Почему? Потому что Клевер считался до революции салонным художником, любимым живописцем императорской семьи, а значит, ненужным и вредным для "строителей коммунистического общества".
Клевер прожил счастливую жизнь. В ней было все: талант, вера в успех, поиски своего художественного стиля, выставки, триумфы, друзья, любовь, семья, денежный достаток, поездки за границу, обожание зрителей, страсти, гонения, бедность…
Произведения Клевера когда-то знала и любила вся Россия. Его пейзажи пользовались широчайшей известностью. Тысячи репродукций с многочисленных картин Клевера расходились по стране, далеко за пределы Петербурга, в котором художник работал большую часть жизни.
Родился Юлий Клевер 19 января 1850 года в Дерпте. Так в прошлые времена назывался старинный эстонский город Тарту. Отец Клевера – магистр химии – преподавал в Ветеринарном институте.
Семья Клеверов была большой, шумной. Здесь ценили шутку, любили праздники, общие застолья.
В семье чутко уловили, что маленький Юлий – художественно одаренная натура. На семейном совете решили: следует отдать Юлия учиться к профессиональному художнику. Им оказался живописец Карл Кюгельхен, по национальности немец.
В 1868 году Клевер написал свою первую картину – копию с оригинала знаменитого в то время немецкого пейзажиста Ахенбаха. Учитель Кюгельхен остался доволен этой работой.
Близилось окончание гимназии, в семье Клеверов постоянно обсуждался вопрос – где и чему юноша будет учиться дальше? Юлий заявил, что видит себя в будущем только живописцем и хочет поступать в петербургскую Академию художеств. В конце концов на семейном совете Клеверов приняли "соломоново решение": раз юноша мечтает об Академии художеств – хорошо. Но пусть выучится на архитектора: карьера зодчего более солидная, чем служба живописца, и дает средства к существованию.
Сдав выпускные экзамены в гимназии, Клевер собрался в Петербург. Приехав в Петербург, Юлий Клевер не посмел ослушаться родительского наказа и поступил в архитектурные классы Академии художеств. Юноша утешал себя, что годы учения длятся не вечно, ради успокоения родителей можно потерпеть скучную архитектуру. Почти год юноша промучился: с каждым днем все более осознавал, что зря уступил настояниям родных. Архитектура его раздражала. Юлий Клевер был человеком эмоциональным, импульсивным, тянуть унылую лямку обязательств не мог и не умел. Нет, надо резко менять жизнь!

Как гора упала с плеч: Клевер подал прошение в совет Академии художеств с просьбой перевести его в пейзажный класс. Просьбу юноши удовлетворили. С 1870 года Юлий Клевер стал учеником профессора пейзажной живописи С.М. Воробьева, а затем М.К. Клодта.
Увы, Юлию Клеверу снова не повезло: С.М. Воробьев был человеком по натуре холодным, предмет свой преподавал без душевной горячности, а М.К. Клодт осуждал желание юноши знакомиться с зарубежной пейзажной живописью. Ни первый педагог, ни второй не захотели оценить смелые замыслы молодого художника Клевера. Вот тогда и пришло глубокое разочарование Юлия в академических занятиях: они стали ему скучны, а теоретические курсы показались ненужными. И хотя энергичный, талантливый Клевер получил за этюды с натуры малую и большую серебряные медали, он снова принял решение, которое повергло родных в уныние. "Я выхожу из числа учеников академии, – писал Юлий в Дерпт. – Поставил цель – развить свое дарование без помощи наставников, единственно работая с натуры".
Клевер стал искать пути в мир живописи в одиночку. Молодой человек поставил себе совершенно иную цель: не окончить Академию художеств, а достойно представить собственные картины в Императорском обществе поощрения художеств. Юлий знал: художники, поддержанные этим обществом, получали возможность свободно творить и в конце концов становились знаменитыми.
Случилось то, чего боялись родители Юлия, от чего предостерегал его отец: из Академии Клевера исключили. Но молодого человека это обстоятельство мало беспокоило. Он знал, что станет живописцем без рутины казенного образования. Уже в 1871 году его картину "Заброшенное кладбище зимой" одобрили знатоки, и граф Павел Сергеевич Строганов, влиятельный член Общества поощрения художеств, пожелал ее приобрести.
В 1872 году Клевер выставил несколько картин, среди них "Перед грозою", "Закат", "Зимний вид в окрестностях Царского Села". И снова успех! Картину "Закат" приобрела великая княгиня Мария Николаевна (1819-1876), президент Академии художеств.
Прошло два года. Юлию Клеверу исполнилось двадцать четыре года, и он удивил художественный Петербург совершенно неожиданным образом: организовал персональную выставку. Она прошла на стендах Общества поощрения художеств.
Не только в 1874 году, но и позднее это было необычное дело, на которое отваживались лишь немногие живописцы, такие как И.К. Айвазовский и В.В. Верещагин.
После персональной выставки свершилось: успех следовал за успехом. В 1875 году упорный художник получил премию Общества поощрения художеств за картину "Запущенный парк", в 1876-м – за картину "Первый снег на вспаханном поле". Лиха беда начало, в том же 1876 году Клевер на второй своей персональной выставке показал десять картин и тридцать этюдов.
Петербург поражался его работоспособности и таланту, о Клевере говорили в салонах, частных картинных галереях. Картину "Березовый лес" пожелал приобрести Александр III, и это стало не только очередной победой: покупка картины царем мгновенно решила официальную судьбу Клевера. Ему, не кончившему академического курса, тотчас же присвоили звание классного художника первой степени. Это звание Академия давала своим наиболее примерным воспитанникам.
Оставался один шаг до звания академика. И в 1878 году Юлий Юльевич стал академиком за картину "Старый парк", отправленную затем на Международную выставку в Париж. Картина эта настолько полюбилась зрителям, что Клевер считал ее особой, счастливой, и под названием "Парк в Мариенбурге" повторял несколько раз.
В поисках новых сюжетов Клевер в 1879 году со своим приятелем Василием Васильевичем Самойловым уехал на остров Нарген, виды которого были неведомы русской художественной публике. На Наргене они прожили почти целое лето. Рисовал в свой альбом Самойлов, делал – один за другим – этюды Клевер.
Середина ХIХ века стала тем самым временем, когда многие русские живописцы, словно сговорившись, стремились передать все многообразие ландшафтов своей обширной страны. Художники работали не только в окрестностях Петербурга и Москвы, они начали уезжать на Урал, в Крым, на Кавказ. Они открывали зрителям загадочный Русский Север, хотели утвердить историческую значимость его неподражаемой природы.
Знаменитый артист оказался прав: Петербург не забыл Клевера. Художника ждали и профессионалы, и любители, и знатоки. Новые работы Юлия Юльевича произвели ошеломляющее впечатление: его работы ходили смотреть, их обсуждали, покупали.
Далее последовало еще одно событие, еще одна победа: "Лес на острове Нарген" ("Девственный лес") приобрел "московский Медичи" – Павел Михайлович Третьяков.
А поездка Юлия Клевера на остров Нарген продолжала давать свои "плоды". Около картины "Дом эстонского рыбака" постоянно толпились зрители: она выделялась среди других экспонатов в Обществе выставок художественных произведений. Картину "Остров Нарген" приобрел великий князь Алексей Александрович. Она пришлась ему по душе, потому что великий князь был связан с Балтикой как моряк. Не отстал от брата и Александр III: он купил клеверовский "Лес зимой".
Золотой дождь успеха и славы щедро проливался на Юлия Клевера: Академия художеств, видя, как ценит произведения молодого художника первое семейство России, присвоила Клеверу звание профессора за картину "Лесная глушь" (1880, Русский музей) и предоставила ему в своем здании квартиру и мастерскую. Именно те, которые в течение шестидесяти лет занимали знаменитые педагоги живописи М.Н. и С.М. Воробьевы.
В это новое жилище Юлий Клевер приехал не один, а с молодой женой.

В тридцать один год художник достиг всего, что в ту эпоху было возможно для пейзажиста. Отныне для состоятельных людей считалось дурным тоном не иметь картин Клевера. Дверь в его мастерскую не закрывалась: шли заказчики, друзья, студенты Академии.
К началу 1880-х годов Клевер вполне сложился как художник с оригинальным творческим лицом. Вершиной взлета для Юлия Юльевича оказался 1880 год, когда он по материалам поездки на остров Нарген написал картину "Лесная глушь". За "Лесную глушь" Юлий Клевер получил звание профессора и кафедру в Академии художеств.
Клевер не стремился к точности изображения и свободно жертвовал ею ради выразительности картины в целом. Он охотно писал осень и зиму с их суровыми и резкими декоративными эффектами. В отличие от пейзажистов своей эпохи (кроме А.И. Куинджи), он ценил выразительность подчеркнутого пятна, силуэта, контура: они часто играли большую роль в его картинах. Современники Клевера, его почитатели, утверждали, что художник пишет ново, смело, самобытно, а произведения его заставляют сильнее любить север отечества.
Шумным успехом пользовались картины Юлия Клевера "Красная Шапочка" (1887), "Лес призраков" (1886) и "Лесной царь" (1887). Это были фантазии художника, его "сочинения на вольную тему".
В советское время художник продолжал свою педагогическую деятельность в Академии художеств, а затем в Ленинградском высшем художественно-промышленном училище имени В.М. Мухиной. Там он заведовал кафедрой монументальной живописи. Стал заслуженным деятелем искусств РСФСР…
Шли последние годы жизни Юлия Юльевича Клевера. В Петрограде царили беспорядки, голод, разруха. Но они не мешали молодым художникам стремиться за советом и знаниями к старым мастерам.
Юлий Клевер был широкой натурой. Много зарабатывая, он постоянно нуждался, легко тратил деньги и без счета раздавал их многочисленным приятелям, а то и незнакомым людям. Современники считали художника простым и бескорыстным человеком.
Признание публики, награды и титулы сделали Клевера состоятельным человеком. Художник ни в чем себя не ограничивал, а если деньги заканчивались, то пополнял кошелек продажей своих произведений. Когда в этот период творчества Клевер брался за кисть, то, как говорили его современники и друзья, писал быстро и хлестко. В таком темпе Клевер мог писать по картине в день.

А в 1890-х годах произошел драматический поворот в жизни Юлия Юльевича Клевера. Он косвенным образом был связан с карточной игрой и деньгами. Правда, пострадал другой человек, но Клевера привлекли как свидетеля к громкому делу о финансовом злоупотреблении его знакомого, бывшего конференц-секретаря Академии художеств П.Ф.Исеева. Как говорили, тот потерпел безвинно – ответил за растраты, произведенные самим президентом Академии, великим князем Владимиром Александровичем.
Для Клевера участие в судебном процессе стало серьезнейшим ударом. В те тяжелые дни он постоянно думал о том, что верна русская поговорка "От сумы и тюрьмы не зарекайся".
Юлий Юльевич очень тогда переживал, не мог подойти к мольберту, с домашними говорил на истерических нотах. Друзья посоветовали художнику уехать из России, пока вся эта финансово-судебная история не забудется.
На семейном совете долго решали, какую страну выбрать для продолжительного жительства. Наконец остановились на Германии. Семь лет прожил Клевер в Германии. Нельзя сказать, что это время он провел впустую, всеми забытый. У Юлия Юльевича проходили выставки, у дверей мастерской не переводились заказчики, газетчики брали у художника интервью. Юлий Юльевич тосковал по России и много думал.
Эти раздумья помогли Клеверу заново оценить свою работу. Художник мечтал вернуться в Россию, чтобы начать новую жизнь.
К сожалению, Юлий Юльевич не мог предположить, насколько изменилась Россия, не мог почувствовать, какие ветры в ней дуют. В ней шли забастовки, бурлило народное недовольство властями. Появились новые слова: "листовка", "революционер", "пролетариат"... До искусства ли стране, которая напоминала вулкан накануне извержения?
Семья Клеверов вернулась в Россию в 1915 году. На вокзале Клевера встречали друзья, поклонники, шумно говорили, обнимались, целовались; сунули в руки несколько букетов.
После возвращения на родину Юлий Юльевич устроил выставку в Москве, совершил творческие поездки в Прибалтику, Финляндию, Белоруссию, Смоленскую губернию. Однако, несмотря на смену мировоззрения, Клевер остался верен себе. Художник сохранил свой "фирменный клеверовский" почерк, ради которого его произведения покупали, коллекционировали, публиковали на страницах газет и журналов, на художественных открытках. И, конечно, ради которого его произведения подделывали. Клеверовские "эффекты" придают работам художника яркую индивидуальность, оригинальность и узнаваемость.
Оптимизм, жизнелюбие помогли Юлию Юльевичу дожить до глубокой старости. Он философски воспринимал бурные российские события, о прошлых днях вспоминал с улыбкой.
В последние годы Клевер жил в Петрограде-Ленинграде, преподавал в художественном училище, до самой смерти продолжал писать. После революции 1917 года его, как и других, поддерживало Общество художников имени А.И. Куинджи.
Юлий Юльевич Клевер умер 4 декабря 1924 года.

Голицына И.

© Материал подготовлен администрацией сайта Арт Каталог.
При полном или частичном копировании ссылка на сайт www.art-katalog.com обязательна!